Еще раз об инфляции

Фото: http://pg13.ru Фото: http://pg13.ru

Инфляция, по данным Росстата, текущий год начала практически с нулевой скорости. К февралю-марту она разогналась до 0,2 процента в месяц, но все равно остается на уровне, который позволяет денежным властям утверждать, что целевой уровень роста цен в 4 процента к концу года будет, несомненно, достигнут. Но вот незадача - простые граждане почему-то успехов не замечают и продолжают жаловаться на постоянное удорожание продуктов. Фонд общественного мнения провел опрос граждан на этот предмет и выяснил, что 72 процента  респондента ощутили рост цен за последние два-три месяца.

Почему такие расхождения? Росстат неправильно считает или дело в чем-то другом? Уважаемое статистическое ведомство совсем не виновато. (Оговоримся сразу, что абсолютно точный экономический показатель создать просто невозможно - ни теоретически , ни практические). Дело в том, что Росстат считает инфляцию по широкому спектру товаров и услуг. Темпы повышения цен на каждый вид или группу товаров различаются – некоторые растут быстрее, некоторые медленнее, а некоторые (правда, их мало) даже дешевеют. Средняя цифра по такому «лоскутному одеялу» и дает показатель официальной инфляции. А гражданин, посещающий магазин, естественно, пользуется значительно более узким набором продуктов. Характерная черта инфляции, известная даже не экономистам, заключается в том, что цены на товары повседневного спроса растут значительно быстрее. Ведь от них невозможно отказаться, а поэтому покупать их будут в любом случае.

Вывод нерадостный, настраивающий на то, что с «бытовой, продуктовой» инфляцией придется смириться? Вовсе нет. В рыночной экономике существует два механизма обуздания инфляции. Первый – свободная конкуренция, которая осталась только на страницах учебников. Второй – государственное регулирование. И именно оно выступает инструментом (по сути единственным реальным) сдерживания цен. Эти функции в странах с рыночными традициями  выполняет антимонопольное ведомство. Названия могут быть разными – суть одна – оно призвано бороться с произволом монополий и при этом наделено огромными полномочиями.

О том, что надо сдерживать аппетиты монополий, поняли в результате эмпирических наблюдений. То есть на основе опыта. В 70-80-е годы прошлого века большинство стран Запада испытывали период ускоренного подорожания товаров. Причина была простой - в то время общество переживало очередную волну научно-технического процесса. В результате полки магазинов заполнили доселе невиданные, но крайне привлекательные товары, а возросшая производительность труда (прогресс не прошел мимо промышленного оборудования) обеспечила заработки, которые позволяли все это покупать. Все бы хорошо, но настроение портили ускоренно меняющиеся ценники.  

«Вальс этикеток» кружил с темпом от 20-25 процентов в Италии до 8-9 процентов в ФРГ  с промежуточными 12-15 % в Великобритании и Франции. Понятно, что этот феномен стал предметом пристального изучения. И на Западе и в нашей стране. На Западе были заинтересованы в практическом результате – надо было найти способ как-то обуздывать инфляцию, поскольку она негативно отражалась на социальной стабильности. А для нас это был один из немногих оставшихся к тому времени аргументов в пользу социализма -ведь у нас официально цены были стабильными (про черный рынок тактично умалчивали).

Лучшие экономические умы того времени пришли к следующим выводам. Первое – инфляцией считать любой (любой!) рост розничных цен. И второе – найдены причины такого роста. Их пять: монополистическое ценообразование, завышенные цены в военно-промышленном комплексе, импортируемая инфляция, выпуск денег под дефицит бюджета и кредитная эмиссия банков (специфическая способность банков увеличивать массу денег в обращении в результате кредитной деятельности). Заметим, что только два  последних фактора относятся к денежным (монетарным).

Главной же причиной роста цен была признана монополия. Или олигополия - то есть доминирование в отрасли (на рынке) нескольких крупных компаний, которым очень просто договориться о ценах. Причем они могут даже не договариваться формально. Они настолько хорошо чувствуют «локоть» друг друга, что осуществляют скоординированную политику в области цен и без специальных совещаний. То, что у нас экономика крайне монополизирована, специально доказывать не надо. В этом-то и причина. Монополии могут повышать цены, поскольку обладают способностью воздействовать на рынок за рамками экономических законов. Прежде всего, спроса и предложения. Это и отличает их от просто крупных компаний. Сокращение спроса на подорожавшие товары их мало волнует, поскольку они просто-напросто снижают выпуск товаров, сохраняя массу прибыли - ведь продукция подорожала и итог объема прибыли прежний.

Вообще, монополии умеют делать только две вещи – повышать цены и объяснять, почему они вынуждены это сделать. И вот в этом кроется еще одна опасность для экономики. Не менее серьезная, чем разгон инфляции. Конкуренция формирует уровень цен, на который и ориентируется производитель. Поэтому он постоянно должен следить за тем, чтобы его издержки «вписывались» в ценовые условия рынка. Заниматься модернизацией, повышением качества, рационализацией производственного и управленческого процесса.

Монополии такие хлопоты совершенно чужды. Если их не утраивает цена – они ее просто повышают. Мы постоянно слышим от хорошо одетых и упитанных джентльменов, что мол, и бензин с соляркой подорожали, и продавцы удобрений с комбикормами совесть потеряли, а трактора и прочая техника вкупе с запчастями стали практически недоступны после девальвации рубля…Поэтому молоко, мясо и крупа просто не могут оставаться в прежней цене. И никто из них ни разу не поделился мыслями о том, как бы снизить издержки и получше организовать производственный процесс, как бы найти более совестливого поставщика химикатов и так далее. Согласен, сложно. А главное, совершенно ни к чему, если можно исправить ценник.

Из вышесказанного следует несколько выводов. С инфляцией, вызванной преимущественно, немонетарными факторами бороться монетарными методами, мягко говоря, не очень эффективно. И второе, при отсутствии конкуренции ограничить произвол монополий может (и должно, раз в них дело) государство. И никакого насилия над рыночной экономикой не усматривается. Ведь так поступают во всех странах с богатым опытом регулирования хозяйственных процессов. И именно таким образом можно не только сдержать тотальное инфляционное подорожание, но и создать стимулы для развития и повышения эффективности компаний.

Михаил Беляев, главный экономист ИФРУ, ведущий аналитик Агентства ФинЭк

Мнение эксперта

Фото: Фрагмент картины «Отчаянье, Старик в горе на пороге вечности», Винсент Ван Гог, 1890 г.

Всё–таки напрасно мы (простите, отдельные малосознательные элементы) порой занимаем критическую позицию по отношению к руководителям нашей экономики. На самом деле они люди слова. Сказали, что будут проводить непопулярные меры, и нате, пожалуйста! Налог на добавленную…

Интервью

Алексей Козырев: Россия – это тоже Европа, но другая Европа

У россиян старшего поколения понятие «философия» прочно ассоциируется с определением «марксистско-ленинская». Просто другой в советской действительно и не было, а эта «классовая», правильная пронизывала все поры тогдашнего общества. С тех пор немало воды утекло –…

Коротко

Валентина Матвиенко о неотвратимости приговора российским старикам

«Что касается отложить — нет, отложить нельзя. Если власть таким образом поступит, это будет безответственная власть. Обсуждать, корректировать… Но принимать надо, не откладывая, осенью этого года».

    Валентина МАТВИЕНКО, спикер Совета Федерации

    На злобу дня

    Артур Шопенгауэр о пенсионной реформе и повышении НДС в России

    "Государство — не что иное, как намордник для усмирения плотоядного животного, называющегося человеком, для придания ему травоядного характера".

      Артур ШОПЕНГАУЭР, немецкий философ

      Почему в России нельзя повышать пенсионный возраст, а цифрам «средней заработной платы» можно доверять примерно так же, как средней температуре пациентов по больнице.

      Книжный

      «Война на Донбассе. Оружие и тактика»

      В московском издательстве «Вече» вышла в свет книга военного историка Александра Широкорада «Война на Донбассе. Оружие и тактика». Событиям на Донбассе посвящены десятки книг. Но…

        Go to top