Пять лет без пармезана – и всё ещё живы

Фото: https://meridian.in.ua Фото: https://meridian.in.ua

Указ об ограничении ввоза продовольственных продуктов из стран, которые присоединились к односторонним санкциям США в отношении нашей страны, усомнившимся в законности воссоединения России и Крыма, был подписан в августе 2014 года. Прекратились поступления из-за рубежа мясных продуктов, молочных изделий, ряда позиций по овощам и фруктам.

Запад несет многомиллиардные убытки, но пока терпит. Но это, как говорится, их проблемы. Не мы затеяли, не нам и беспокоиться. Намного интереснее и полезнее попробовать хотя бы в контурном варианте понять, что дало эмбарго нам? Чего больше - плюсов или минусов?

В экономике, как бы ни хотелось, однозначных ответов не бывает. Но данный случай, пожалуй , исключение. Защитные барьеры фактически создали для аграрного производства тепличные условия – никакой внешней конкуренции и масштабные вливания государственных денег в рамках программ импортозамещения. В результате удалось сделать то, чего не могли добиться за многие годы, еще со времен съездов и пленумов. Страна фактически вышла на уровни самообеспеченности продовольственными товарами – по зерну на 99 % (и даже экспортирует излишки), по мясу на 93 %, сахару на 95 %. По остальным товарам цифры менее впечатляющие, но и их производство тоже пошло в рост. И это, наверное, самый главный и жирный плюс.

Однако, не обошлось и без минусов. И, к сожалению, именно они на виду и на слуху. Если всеобщие сетования относительно отсутствия пармезана серьезными считать нельзя (есть подозрении, что о наличии такого сорта сыра большинство узнало только в связи с эмбарго), то другие требуют реакции и пояснений.

При опросах потребитель жалуется на рост цен. Статистика подтверждает неприятные субъективные ощущения –масло подорожало на 79 %, рыба на 68 %, капуста на 62 %. Серьезный рост цен. Но ведь и инфляция в эти годы не была нулевой. Общий индекс роста потребительских цен находился на уровне 4-5 %. То есть удорожании названных позиций не такое драматическое, а как минимум должно быть уполовинено. Но обращают внимание именно на него, потому, что это товары повседневного спроса, и без них обойтись крайне трудно, и именно они «откусывают» все большую часть семейного бюджета. Учитывая, что за эти годы трудно было с работой, а реальные доходы практически не росли, то понятны причины повышенной реакции потребителей. Об этом же говорят и плюсовые ценники на такие демократические товары как мука (25 %), рекомендуемые к потреблению макароны (34 %), подсолнечное масло (34 %). Именно в этот пласт и «ушел» простой потребитель, повысив спрос и ускорение ценам, поскольку на более дорогие продукты средства находить становилось все сложнее.

В пору делать вывод о вреде эмбарго. Но не все так просто. В экономике нет не только однозначных итогов, но и не должно быть половинчатых решений. Дело в том, что вводя эмбарго, и создав благоприятные условия для производства, забыли про сферу сбыта. А там создались столь же «благоприятные» условия ­ никакой конкуренции, а, значит, полная свобода рук в плане ценообразования. Крупные сети мимо таких возможностей не проходят. И не прошли. Мелкие же фермеры не только с ними не конкурируют, а наоборот, используют в качестве «зонтика цен», добавляя свою лепту под предлогом «экологически чистого» и «домашненького» продукта. И тут бы самым уместным было вмешательство антимонопольного ведомства для введения аппетитов торговцев разумные рамки.

А еще отмечают, что сельское хозяйство не развивается без государственной поддержки. В настоящее время на 60 копеек государственных вливаний приходится всего рубль частных инвестиций. Но так обстоят дела не только у аграриев. В промышленности тоже указывают на сложности развития бизнеса в условиях высоких процентных ставок по кредиту, налогов и прочей отчетности.

Значит, виновато все-таки не эмбарго. И пока не научимся при конструировании экономической политики учитывать все факторы, формирующие последствия, придется пожить еще некоторое время без пармезана.

Михаил Беляев, кандидат экономических наук, ведущий аналитик Агентства СЗК

 

Мнение эксперта

Фото: https://www.e1.ru

На прошлой неделе, аккурат к пятнице 13 наш кандидат в президенты Ксения Анатольевна Собчак изволила сочетаться таинством нового брака. Все прошло помпезно, с огромной претензией на оригинальность и наличие хорошего вкуса. Чем же это, в…

Интервью

Фото автора

На наших глазах в Европе происходит процесс возрождения фашизма. В странах Восточной Европы оскверняются памятники советским солдатам-освободителям, в Польше они сносятся в законодательном порядке. Активно пересматривается история Второй мировой войны, в мозги европейцев настойчиво вбивается…

Коротко

Фото: https://medrussia.org

«Теперь дело дошло до некоторых вполне респектабельных международных институтов и европейских структур... Как будто забыли, кто напал на Польшу 1 сентября 1939 года и на Советский Союз 22 июня 1941 года... Наш ответ на ложь — это правда. Мы продолжим рассказывать о событиях, фактах Великой Отечественной войны, раскрывать и публиковать архивные материалы во всей их полноте, а то складывается впечатление, что некоторые наши оппоненты то ли читать, то ли писать не умеют, глаз у них нет, как будто не знают ничего».

    Владимир ПУТИН, Президент России

    На злобу дня

    Лев Толстой о судьбе кинотеатра "Соловей" в Москве, который закрыли вопреки мнению людей

    «Зачем обманывать себя? Народ нужен нам только как орудие. И выгоды наши (сколько бы мы ни говорили противное) всегда диаметрально противоположны выгодам народа».

      Лев Николаевич ТОЛСТОЙ, русский писатель

      Программа Сергея Шаргунова «Двенадцать», посвященная 20-летию возвращения из изгнания выдающегося русского мыслителя, философа, писателя, художника Александра Зиновьева.

      Книжный

      «ГУЛАГ — государство в государстве»

      В сентябре 2019 года издательство «Вече» выпустило книгу военного историка, писателя и публициста Александра Широкорада «ГУЛАГ — государство в государстве». Из-за маркетинговых соображений в издательстве…

        Go to top