Павел Родькин: США расслабились, а России удалось совершить очередное чудо

В 1990-е годы советское научно-техническое наследство подверглось крупнейшему в современной истории ограблению: были уничтожены производственные цепочки и научные институты. Но неожиданно и буквально из ниоткуда российский ВПК представил целый ряд новинок, опередивших западные разработки.

Как такое могло произойти в стране с порванной в клочья, по выражению Барака Обамы, экономикой? Почему США как главный бенефициар развала СССР снова оказались в кризисе, потеряв монополию на научно-техническое превосходство, и что пытается исправить сегодня Дональд Трамп?

Очередное "русское чудо" ХХI века имеет вполне рациональное объяснение. Отечественные научные школы — система воспроизводства современного и самодостаточного общества — обеспечили России как выживание в труднейший период истории, так и новейшие перспективные разработки, которые всплыли, как только было восстановлено минимальное финансирование этой сферы. Из этой ситуации необходимо сделать выводы.

В 1990-е, в ситуации глубочайшей разрухи и деградации, США смогли практически за бесценок получить множество технологий, которые внедрялись в американский ВПК без затрат и вложений в собственные разработки. Советские технологии позволили Америке упрочить свое положение и существовать следующие двадцать лет на этом заделе.

Америка расслабилась, потому что закончилась история ее доминирования, а прежний конкурент по гонке вооружений и соревнованию систем эпохи холодной войны был выведен из игры, как казалось тогда, навсегда. Рывок со стороны России всерьез не рассматривался. Ведь в массовом сознании — даже в самой России — наша страна продолжает восприниматься как аутсайдер научно-технического прогресса.

Вот почему появление новых перспективных разработок в сфере ВПК в России по целому ряду направлений сразу превратило США в отстающее государство (ситуация невероятная для либерального сознания). Секреты и образцы двадцатилетней давности уже устарели, а перспективного видения их развития, что и позволяет осуществлять соответствующие прорывы, — нет.

Попросту говоря, Россия мобилизовалась в условиях нового глобального вызова.

Штаты сами попали в ловушку паразитизма и на каком-то этапе стали заниматься имитацией прогресса, поглощающей все больше и больше средств. Прорывные проекты оружия на новых физических принципах, которое должно свести на нет ядерный потенциал других стран, в реальности оказались пиар-проектами.

Возможность пережить жесточайший системный кризис обеспечили России именно советские научные школы, интеллектуальный задел и перспективное видение развития технологий в которых позволили сохранить знания и технологии в условиях тотального отсутствия финансирования и оттока научных кадров. Именно система воспроизводства научных разработок в сфере высоких технологий обеспечивает выживаемость России в условиях кризиса.

Стратегическая ошибка Запада заключалась в недооценке системы советских научных школ. Запад стал "скупать" отдельных ученых и разработчиков, а не импортировать целиком школы. И уж совсем невозможно импортировать ту среду, в которой эти школы формируются. Именно поэтому импорт мозгов из других стран не решает ключевую проблему перехода США и Европы в реальный новый технологический уклад.

В свою очередь, советская система поощрений научной среды фактически основывалась не только на отдельном научном открытии, инновационной разработке и ее внедрении в производство, а на их развитии в формате научной школы. Этот принцип воспроизводства знаний стратегически гораздо важнее, чем формальная эффективность, и его может обеспечить только государство.

В XXI веке российские научные школы столкнулись не только с нехваткой финансирования, но и с выраженной тенденцией разрушения через "интеграцию" в западную науку. Правда, от этого процесса российская наука (как и вся система образования в целом, подвергшаяся разрушительной вестернизации) не получает даже традиционных "похлопываний по плечу" в виде попадания в престижные международные рейтинги.

Проблема заключается в том, что в глобалистской политической и цивилизационной парадигме российским ученым отводилась роль людей второго сорта. Запад продолжает быть источником и мерилом истины, а потребительские инновации воспринимаются не критически.

Взамен "отсталых" российских научных школ обществу предлагается традиционный набор псевдопостиндустриальных управленческих суррогатов, брендов-пустышек, которые выдаются за истинное содержание научно-технического прогресса. Но за прогрессистской риторикой скрывается деструктивный глобализм, который завел в тупик даже CIF.

Новый технологический уклад, который должен стать главной составляющей развития общества в ХХI веке, существует сегодня в форме тотальной имитации, получающей различные наименования вроде "креативной экономики" времен Барака Обамы. Тот же Дональд Трамп намерен инвестировать значительные средства в американский ВПК и провести реиндустриализацию США для исправления этого положения и осуществления качественного модернизационного научно-технологического скачка.

Главная опасность для России заключается в уничтожении чудом сохраненных в 1990-е годы научных школ под видом их оптимизации и продолжения реформ. В этом случае решить задачи технологического развития будет невозможно даже вливанием в науку больших финансовых средств.

Другая опасность заключается в том, что российским научным школам фактически отказано в формировании образа будущего. Эту функцию необходимо вернуть, что невозможно без изменения отношения политического класса и элиты к собственной науке, системе образования и культуре, без возвращения России на позиции цивилизационной самодостаточности.

Ответ нашей страны на современные вызовы заключается, как я полагаю, не в повышении эффективности научной сферы, а в принципиальном выборе пути развития современного российского общества. В новый технологический уклад невозможно войти, основываясь на доктринах неолиберализма и финансового глобализма, которые до сих пор довлеют над судьбой российских научных школ и науки в целом.

Павел Родькин, доцент НИУ ВШЭ, член Зиновьевского клуба - для Агентства ФинЭк

Мнение эксперта

Андрей Бунич: Не надо заимствовать набор ценностей у других, нужно возвращать свой

Я считаю, что наличие статьи в Конституции России, запрещающей идеологию, вовсе не означает, что в обществе не может быть какой-то национальной, государственной системы ценностей. Более того, в любом обществе такая система существует. Речь, очевидно, идёт…

Интервью

Павел Святенков: СССР «поскользнулся» на комплексе неверных идей

В последнее время в нашем обществе всё более активизируется дискуссия о том – нужна ли России государственная идеология или нет.  Агентство СЗК попросило известного российского политолога и публициста Павла Святенкова высказать свою точку зрения на…

Коротко

Митрополит Серафим о виновнике раскола православия

«Я был очень глубоко опечален, услышав о прерывании церковного общения патриархата России с Вселенским патриархатом. К этим печальным и плачевным результатам привело упорство Константинопольского патриархата по предоставлению автокефалии украинским раскольникам, которые отделены от нашей святой Православной церкви, то есть от всех православных патриархатов и поместных автокефальных православных церквей, и составляют незначительное меньшинство украинского народа».

    СЕРАФИМ, митрополит Кифирский и Антикифирский, Греция

    На злобу дня

    Талейран о прошедших по стране акциях протеста против пенсионной реформы

    "Искусство расставить нужных людей в нужных местах — начало науки управления, но найти места для недовольных, трудней всего".

      Шарль Мори́с де ТАЛЕЙРАН-ПЕРИГОР, французский политик и дипломат

      Появилась возможность стать обладателем уникального коллекционного издания — полного альбома картин, графики и карикатур, нарисованных великим русским мыслителем Александром Зиновьевым.

      Книжный

      Журнал «Аврора», выпуск №3–2018 г.

      Третий выпуск журнала «Аврора» за 2018 год вышел и поступил в продажу.   Рубрику «Проза» открывает Ольга Аникина. Ее рассказы «Мулибак» и «Самсон» станут настоящими…

        Go to top